Злат сундук ч.9

    А покуда гость летал,
злобный шепот прошуршал:
– О, ш-ш-шикарнейш-ший гадёныш-ш!
Спиш-шь? Глупец! Ужо, попомниш-шь
этой ноченьки забавы,
пош-шалим с тобой на славу!
Злобный шепот растворился.
Мужичок не шевелился,
позабывши о беде.
Но проснулся вдруг в воде,
смехом ласковым разбужен:
– Чё так мокро? Али в луже
с перепою задремал? –
потянулся, зазевал
и подпрыгнул очумело: –
Черт! в постели хладно тело!
Бесовщина! Шевелится…
Чё за черт? Никак девица?
Как могила холодна.
Энто чё?.. Еще одна!
Ё-о! ё…дрена карусель!
Их кишмя кишит постель!
Мужичонка чертыхнулся,
как ошпаренный метнулся
из кровати и присел,
нечто странное узрел:
– А девахи непросты,
в чешуе у них хвосты!
Ёлы-палы, чур мя, чур!
Голозадых – чересчур!

Вопль не изменил картину:
за собою влача тину,
как зеленые мочалки
по избе плывут русалки,
что-то нежное щебечут
и призывны взгляды мечут
в мужичонку:
                     – Не робей!
Ласки девичьей испей,
котик милый!
                        Чудо-девы
оказались резвы телом.
Окружили мужичонку,
теребя, как собачонку,
то ласкают, то щекочут,
что-то томное лопочут.
Испустив истошный крик,
забарахтался мужик
на волнах девичьих рук.
Заглушая сердца стук,
поднатужился, надулся,
через стену тел рванулся…
Но отчаянный порыв
не образовал прорыв.
Паутина ласк прочней
толстых кованых цепей.
Тюрьма девичьих объятий
нерушима.
                    Гром проклятий
пленник гневно изрыгает,
чаровниц то не пугает,
шумно хлопая хвостами,
обещают:
                 – Котик, с нами
окунешься в сладкий омут
опьяняющей истомы.
– Ой, спасибо! – полуночник   
заметался заполошно. –
Я ж по само «не хочу»
в энтом омуте торчу!
Рты захлопните, путаны,
не пылите соль на раны!
Но непрошеные гости,
раззадоренные злостью
в сеть попавшего бедняги,
вновь поют:
                      – Из передряги  
с нами выйдешь без потерь,
нам отдайся и поверь,
что любовью допьяна
ты упьешься.
                        – Ни хрена!
Верить вам? Окстись, брехушка!
Вам цена: ведро - полушка.
– Что-о?! – хвостами трепеща,
девы взвыли, вереща: –
Ты не смыслишь ни черта!
Не тебе, дурак, чета,
настоящие мужчины,
высочайшие по чину,
нас носили на руках
и топили в жемчугах.
Мужичок поправил ус:
– Чё ж, у кажного свой вкус.
Все по-всякому живут,
и лягушек, вон, жуют.
Чё и мне жабьем давиться?
Смехом взорвались девицы:
– Да, не по зубам мужлану
утонченности гурмана.

   Многоточие поставим,
    в сей позиции оставим...

Читайте продолжение »
или выбирите отрывок